Алые паруса Крыма:«Огни порта сливались с огнями невидимого города. Пароход приближался к молу при ясных звуках оркестра в саду. Пролетел запах цветов, тёплые порывы ветра; слышались далеко голоса и смех».

0
346
0
0

Алые паруса Крыма
Крым и Грин – эти слова давно слились воедино, они даже рифмуются. Это потому, что все бессмертные творения Великого Романтика связаны именно с Крымом. Здесь его вторая и, пожалуй, самая настоящая родина.
Каждому, кто впервые берет в руки книгу Александра Грина, будь то «Бегущая по волнам» или «Блистающий мир», кажется, что в окне вот-вот мелькнут Алые паруса и откуда-то из прекрасного далека повеет соленым морским ветром.
И, когда в городе на Неве проводится очередной праздник выпускников «Алые паруса», не фрегат причаливает к берегу, а сам полуостров Крым отдает честь Северной столице.
Хотя родился Александр Гриневский далеко от моря, на северо-востоке России, в Вятке. Убежищем от серости и беспросветности быта для него стали книги. Читал он много, запоем, и это были книги о приключениях и путешествиях. Поэтому неудивительно, что в 16 лет он отправился в Одессу, чтобы впервые увидеть море и – полюбить его навсегда.
Он приехал, чтобы держать экзамен в мореходные классы, но прием уже закончился. Что оставалось? Поступить юнгой на пароход. Так он и сделал.
Пароходишко с громким названием «Платон» был каботажным судном и шел вдоль берегов Крыма и Кавказа.
Он заходил во все портовые города, и будущий писатель впервые бродил по улочкам Феодосии, Севастополя и Ялты. Крым поразил его воображение:
«Огни порта сливались с огнями невидимого города. Пароход приближался к молу при ясных звуках оркестра в саду. Пролетел запах цветов, тёплые порывы ветра; слышались далеко голоса и смех».
Но плавание для юноши не было увеселительной прогулкой. В море он получил первые навыки нелегкой морской жизни. О них он потом подробно расскажет в своей чудесной повести «Алые паруса».
Позже Грин совершит еще одно путешествие на пароходе «Цесаревич» – в Александрию. Но любовь к солнечному крымскому небу, лазурному морю останется с ним навсегда. Это, несмотря на то, именно в Крыму он в первый раз был арестован. За революционную пропаганду. А что делать? Ведь он был неисправимым романтиком и мечтал о переустройстве мира.
Кстати, именно эта черта характера принесла и приносила ему все неприятности, которые с ним случались. В том крымском рейсе Грин поссорился с капитаном и был списан на берег. Возвращаться в унылую Вятку ему не хотелось. Будущий писатель рванул в Баку. Он надеялся увидеть Каспий и устроиться на какое-нибудь судно. Но вместо этого стал грузчиком, потом – пожарным. Голодал, ночевал под открытым небом, иногда даже в пароходных котлах. Через год такой жизни он все-таки вернулся домой – изможденный, с приступами малярии. Да, он был измучен, но не сломлен. Наоборот, романтический дух в нем стал еще сильней. В феврале 1901 года Грин отправился пешком на Урал:
«Там я мечтал разыскать клад, найти самородок пуда в полтора — одним словом, я всё ещё был под влиянием Райдера Хаггарда и Густава Эмара», – писал Грин.
Самородка он не нашел, зато его «забрили» в солдаты. И половину срока армейской службы он провел в карцере. Ему помогли бежать революционеры, такие же бунтари, как и он сам. Больше того, Грин становится страстным агитатором новых идей! Именно революционная организация посылает его в Севастополь. Один из его товарищей, восхищенный слогом Грина, его умением писать, честно ему сказал:
«Революция – это не твое. Вот увидишь, ты станешь писателем»! И Грин это понял сам. Сразу. Так, что именно Крым стал его истинной, духовной родиной. Здесь он осознал себя Творцом! «Это было как откровение, как первая, шквалом налетевшая любовь. Я затрепетал от этих слов, поняв, что это единственное, что сделало бы меня счастливым. Зерно пало в душу и стало расти. Я нашёл своё место в жизни».
И именно здесь жандармы на него надели наручники. И началась другая жизнь, полная трагедий и лишений. Тюрьмы, ссылки, и снова голод. Но он уже начал писать! И это спасало. От политики Грин ушел и больше к ней не возвращался. Вот только внушить это власть имущим он не мог и не хотел. «Всю свою зрелую жизнь я был писателем, об этом только мыслил, этим только и жил. Им и буду до конца. От политики же я раз и навсегда ушёл в молодости и питаться за счёт того, что стало мне чужим и ненужным, никогда не буду».
В 1923-м году, получив гонорар за повесть «Блистающий мир», Александр Грин осуществляет свою давнюю мечту – едет в Крым! Да, в те смутные и трудные годы писателям все-таки платили достойные гонорары!
Он посещает знаменитые крымские города, дышит морем, и понимает, что не может без этого жить. Так рождается мысль – переехать в Крым навсегда. Эту идею горячо поддерживает его жена Нина Николаевна.
Для жизни они облюбовали Феодосию. Здесь было тихо, уютно и спокойно и ничто не мешало творить. И Грин работает – страстно, упорно. Возникают замечательные романы – «Золотая цепь», «Дорога в никуда», «Бегущая по волнам». Но нужда и здесь не оставляет Грина. Союз писателей отказал ему в помощи. Иногда ему приходилось брать лук и стрелы, и, как это ни звучит для нас дико, и отправляться в лес, охотиться на птиц.
Собственно, он и умер от безысходности и ощущения ненужности собственной стране. Его совсем перестали печатать. Только после смерти Сталина о нем вспомнили и заговорили как о замечательном писателе.
Прозаик Вера Кетлинская правильно говорила о нем: «Александр Грин — писатель солнечный и, несмотря на трудную судьбу, счастливый, потому что через все его произведения победно проходит глубокая и светлая вера в человека, в добрые начала человеческой души, вера в любовь, дружбу, верность и осуществимость мечты».
Владимир ПУЧКОВ, поэт, историк культуры – специально для «Аргументов недели – Крым»

http://an-crimea.ru/page/articles/140366