Социальное государство без бесплатной медицины?

0
267
0
0

Социальное государство без бесплатной медицины?
Отечественная медицина все больше коммерциализируется, многие необходимые медуслуги выведены из программы ОМС, в государственных поликлиниках процветают различные «платные допуслуги». Насколько это законно? И как бороться с произволом медиков? На эти вопросы Pravda.Ru отвечают известный адвокат Людмила Айвар и депутат Госдумы, заслуженный врач России Лариса Фечина.

Медицинские справки
Мужчина продлевал разрешение на право владения оружием. Государственный сбор — всего лишь 10 рублей. В результате за медицинские справки, что он не состоит на учете в псих- и нарко- диспансерах, отдал в общей сложности порядка 3000 рублей. То же самое происходит с получением и продлением водительских прав.
Городские поликлиники по месту жительства таких справок не предоставляют, а посылают к частным врачам-рвачам, «хваталам», что на подхвате. — Любой каприз за ваши деньги. Там просто конвейер — милые тетушки на вопрос, а что будет, если ты не сдашь анализы, с саркастической улыбкой отвечают: «Попробуйте!» Все оплачено, а следовательно, все будет в ажуре. У нас что теперь — все повально наркоманы или таких, наоборот, вовсе и нет? Людям проще платить, чем бороться и жаловаться.
Время всех поджимает, особенно при продлении разрешения на оружие, поскольку там атомные штрафы при просрочке. Получается — просто узаконенное вымогательство.
Почетный адвокат России доктор юридических наук Людмила Айвар так прокомментировала этот случай:
«Право владение оружием подразумевает определенный список, перечень документов для того, чтобы могли быть выданы разрешения. Соответственно, если ты хочешь получить какое-то право, ты должен предоставить соответствующий документ. Я считаю, что документ из государственных медицинских учреждений должен предоставляться бесплатно.
Когда я устраивалась на работу в университет, в академию, мне нужно было как преподавателю, служащему, который будет работать со студентами, предоставить справку, что я не сумасшедшая, не страдаю всякими психическими, венерологическими и прочими заболеваниями, что могу адекватно вести преподавательскую деятельность. Я пришла в поликлинику, и мне дали документ с перечнем врачей.
Я прошла их, и мне выдали справку о том, что я здорова. И все это бесплатно. В государственных медицинских учреждениях нельзя брать плату за получение справки. Я понимаю, что всем нужно выживать, существовать на какие-то доходы, но у нас есть определенный объем медицинской помощи, медицинских услуг, которые должны оказываться бесплатно.
Иначе получается, что человек никогда не стоял на учете в этом диспансере, а для того, чтобы получить эту справку, он еще и денег должен заплатить. Это неправильно, и вообще эта сумма должна входить в общую оплату за разрешение на оружие. То есть должна быть определенная сумма, которая должна распределяться между этими структурами.
Мы же все платим денежные средства в Фонд социального страхования. Это — институт медицинского обслуживания, который потом за эти средства оказывает медицинскую помощь всем людям.
Сопредседатель регионального штаба Общероссийского народного фронта в Свердловской области, депутат Госдумы, заслуженный врач России, детский онколог Лариса Фечина большой проблемы в этом не видит:
«Если человеку хочется иметь оружие, пусть он за это заплатит. Любые такие справки, я считаю, могут быть платными, это — моя личная позиция. Проблема заключается в том, что все чаще приходится платить за медицинскую помощь.
И у нас наметился серьезный рост платных услуг при оказании медицинской помощи. По данным Счетной палаты, оказание таких услуг выросло на 24 процента. Я не представляю, как многодетные семьи могут оплачивать медицинские услуги. А ведь это очень немалая часть расходов, которые требуются для того, чтобы ребенок вырос здоровым».

Платные анализы
Как раз недавно произошел такой случай. Он — совершенно отличный от первого, но общее то, что, по сути, это то же самое узаконенное вымогательство. Хотя дело уже идет о здоровье детей, заботу о которых власть не перестает декларировать. Ребенок зарегистрирован в сети медицинских клиник «Медси». В городской клинике после нескольких заборов по «скорой» сказали, что нужна госпитализация, но надо делать кучу анализов, а они будут делать долго и не успеют к дате госпитализации. Родители, естественно, кинулись в «Медси».
Там все сделали, но только потом выкатили счет на 8000 рублей. И врачи даже не напомнили людям, что эти анализы не входят в страховку и будут сделаны за отдельную плату. В госпитале в Морозовке, кстати, затем выяснилось, что все эти анализы прямо там могли сделать уже после госпитализации.
Родители обратились с жалобой в департамент здравоохранения, но там ответили, а точнее просто развели руками: «Что мы можем сделать? «Медси» — коммерческая организация, к нам не относится…» Приехали: государство за медицину не отвечает.

— Как быть людям, у которых нет возможности оплатить анализы, а ребенка лечить надо?
Людмила Айвар:
«Да, есть такая проблема, и эта проблема тоже как бы не совсем правильная, потому что у нас же государство должно охранять материнство и детство, в том числе заботиться о здоровье подрастающего поколения. И родители платят деньги в Фонд социального страхования не только за себя, но и за своих несовершеннолетних детей, поскольку ребенок тоже входит в число лиц, которым должна предоставляться бесплатная медицинская помощь.
К сожалению, у нас есть перечень анализов, заболеваний и лекарств, которые входят в ОМС, а есть такие, которые не входят. Вообще, на Западе все делается за деньги, если нет медицинской страховки, но там другая система медицинского обслуживания.
А у нас же часть медицинского обслуживания бесплатное, но именно частично. Но в данной ситуации, конечно, страдают дети. Это — неправильно, потому что от этого зависит жизнь и здоровье ребенка».

Лариса Фечина:
«На самом деле, это связано с тем, что территориальные программы государственных гарантий и стандарты медицинского обследования и лечения очень часто не совпадают. В какую-то программу не входит перечень целого ряда препаратов, которые входят в стандарт лечения. А раз не входит в программу госгарантий, то соответственно бесплатно препарат получен быть не может.
И стационару также сложно приобрести эти препараты. Когда выдаются такие перечни обследований, необходимых к госпитализации, естественно, никто не разъясняет родителям, что входит в базовую программу ОМС, что не входит. А даже те методы, которые входят в базовую программу, ограничены, допустим, стоимостью реагентов или сложностью проведения анализа. Если для этого требуется какая-то сложная медицинская аппаратура, то неизбежно возникают очереди.

Я считаю, что граждане сами не должны молчать, если они получили перечень медицинских обследований, но не могут их пройти. Они должны тут же напрямик идти к заведующему поликлиникой и объясниться с ним, почему вы поставили такие сроки, когда я не успеваю сдать анализы бесплатно.
Общественный контроль должен действовать, но и люди не должны бояться обращаться в Росздравнадзор. Корень проблемы я вижу в том, что есть несовпадание стандартов лечения, клинических рекомендаций и того, что заложено в базовую программу».


Сговор в медицине
К сожалению, подобные ситуации не редкость. О них могут рассказать многие, кто сталкивается с нашей нынешней медициной. В общем, складывается полное ощущение, что коммерсанты и государственные медики договариваются между собой, чтобы не помогать, а вымогать плату за услуги, которые должны предоставляться бесплатно.
— Такое возможно?

Людмила Айвар:
«А что значит коммерсанты и медики? У нас вообще сейчас все коммерциализируется, в том числе и бюджетная медицина. Медицинские учреждения становятся ФГУПами, они же тоже часть своих услуг коммерциализируют. Я знаю недавний скандал в поликлинике, когда для определенной категории граждан услуга была бесплатной, и люди действительно ее получали. А когда пришел новый заведующий, он все поставил на коммерческую основу, и теперь бесплатно не сделаешь этих анализов и исследований.
У нас это не урегулировано законом, и медики хотят заработать больше денег. Вот понимаете, у нас в стране болеть нельзя, собственно, как и в любых других странах, но в других странах это хотя бы покрывается страховкой. Скоро мы к тому же подойдем. Медицина у нас переходит вся в коммерческую плоскость.
Я думаю, у нас, наверное, скоро и суды будут за деньги работать, хотя они уже за деньги работают, потому что госпошлина платится сумасшедшая. Это как бы рынок, мы отказались от социализма, живем в условиях рынка, в более капиталистическом государстве.
Но, конечно, неправильно, что люди всю жизнь работают и не могут даже обеспечить свое социальное благополучие — ни медицину, ни пенсию — ничего. У нас в Конституции записано, мы — социальное государство, и мы должны идти социальным путем. Или давайте отменим это социальное государство и будем говорить о том, что у нас капитализм, и будем жить так, как живут в Америке — все за деньги.

Лариса Фечина:
— Я себя отношу к профессиональному медицинскому сообществу и проработала в сфере детской онкологии ни один десяток лет. У нас это вообще не было принято. Есть прекрасный Детский центр в Москве имени Димы Рогочева, который в День защиты детей посетил президент. Там вообще и мысли нет какой-то, чтобы вообще копейку взять. Это на самом деле не сговор, а попытка сделать бюджет здравоохранения достаточно ограниченным.
А когда бюджет здравоохранения ограничен, то поневоле надо выбирать приоритеты. И у нас есть замечательнее достижения, мы в разы повысили объемы оказания высокотехнологичной медицинской помощи. Мы снизили младенческую смертность, но при этом мы не подумали о том, что нам не хватает денег на самое простое — на оказание первичной медико-санитарной помощи.
Сокращается сеть медицинских организаций и соответственно доступность этой медицинской помощи снижается. Я сейчас нахожусь в Свердловской области. Здесь всех всколыхнул случай, когда женщина ехала со своим новорожденным ребенком из дальнего населенного пункта в Екатеринбург. Везла ребенка на консультацию к кардиохирургу, у ребенка серьезные кардиологические проблемы. Везла общественным транспортом, потому что сократили количество бригад и пункты «Скорой медицинской помощи», ребенок по дороге умер, в автобусе.
Конечно, никакого сговора врачей нет. Я благодарна этим людям, которые работают в медицине. Сократилось количество медиков и соответственно нагрузка была перераспределена на них, но они остаются в профессии и продолжают работать. Поэтому мы должны тщательнейшим образом еще раз проанализировать деятельность страховых компаний.
Конечно же, к финансовому блоку правительства пожелания: добавлять в бюджет здравоохранения, это однозначно. А медикам пожелания, конечно же, анализировать эффективность расходов. Для нацпроекта «Здоровье» выполнялись некоторые «хотелки», закупалось тяжелое оборудование, а специалистов для работы на этом оборудовании не готовили.
Надо провести тщательный аудит всех этих событий, которые негативно отражаются на жизни пациентов и самих медиков, и принимать грамотные управленческие решения. Потому что когда речь шла о выполнении майских указов президента, то народ же не рассчитывал на то, что сократится количество медицинских организаций, сократится количество медицинского персонала.
Я — врач и я с огромной болью переживаю такие ситуации. Сейчас мы решаем вопросы и пациентов, и медиков, у которых несправедливо прошла спецоценка условий труда. Их в подавляющем большинстве лишили надбавок за вредные условия и так далее.
Похоже, надежда у нас только на то, что как верно подмечено: если человек хочет жить — медицина бессильна. Даже если из системы бесплатного здравоохранения посылают лечиться в частную за свои деньги. Но их, как тоже хорошо и давно известно, на всех не хватает.
Юрий Кондратьев

Очередным гостем «Клуба главного редактора» на «Правде.Ру» стал член экспертного совета при правительстве России, президент Лиги защиты прав пациентов Александр Саверский. В беседе с главным редактором «Правды.Ру» Инной Новиковой он рассказывает о проблеме врачебных ошибок, а также о принципах государственной и частной медицины.
Александр Саверский: «За последние 6 лет меня ни разу не спросили «а кого вы защищаете, кто такой пациент?» Потому что, вы не поверите, но в 2000 году (вот как меняется менталитет людей все-таки, он меняется благодаря, в частности, нам), но в 2000 году каждый второй буквально звонивший спрашивал «извините, пожалуйста, а кого вы защищаете, кто такой пациент?», даже журналисты это делали…
К сожалению, да, все… система безумная, одна из самых инертных. Вот со всеми недостатками там социалистической системы, еще добавившиеся свои недорычные вот эти какие-то.
Здравоохранение сейчас чудовищное на самом деле со всех точек зрения. Его действительно нужно лечить там, полюбить таким, какое оно есть, дать ему денег, наполнить его заботой со стороны государства, иначе мы все будем от этого страдать и пугаться.
…Деньги есть, и я буду это повторять и повторяю, более того, еще очень много неучтенки, потому что, когда государство начинает говорить «у нас такой бюджет», а я спрашиваю, ребята, а вы учли деньги соседних министерств и ведомств, которые у нас там 20 министерств и ведомств имеют собственную систему здравоохранения», «ой, не знаю, не помню, надо посмотреть». Тут же понимаешь, что там, в карманах еще ой-ей-ей, где можно полазить. Вот. Деньги неправильно, на мой взгляд, распределяются, потому что я считаю, например, что врач, который лечит в избушке на курьих ножках, но получает хорошую зарплату по-настоящему и понимает, что о нем заботятся, гораздо лучше будет лечить больного, чем врач в здании из стекла и бетона с миллионным оборудованием, долларов, конечно, а не в рублях, и с зарплатой 15 тысяч, причем, работая на 2-3 сменах, 2-3 работах, что первый врач просто своей заботой поможет пациенту намного больше, чем вот этот врач, к которому просто опасно идти, потому что, ну, просто он уставший человек, брошенный, уставший и не успевающий учиться современным технологиям.